Грузинская журналистка: Мы просто оказались на пути у РФ

Одним из лауреатов премии Европейского парламента имени Андрея Сахарова "За свободу мысли" 2025 года стала грузинская журналистка Мзия Амаглобели. Поскольку она находится в тюрьме, награду от ее лица в Страсбурге 16 декабря получила ее коллега из издания Gazeti Batumelebi Ирма Димитрадзе.

Накануне церемонии DW поговорила с ней о пропаганде, "иноагентах", параллелях с судьбой Алексея Навального, а также о том, почему Мзия Амаглобели отказалась идти на мировую с властями, несмотря на потерю зрения в тюрьме, о способности грузинской оппозиции противостоять правительству и о том, как эта способность зависит от войны в Украине.

DW: Я хотела бы узнать у вас последние новости о Мзии Амаглобели, но сперва, для тех, кто не в курсе, почему ее называют символом борьбы за свободу слова в Грузии, скажите, пожалуйста, как бы вы охарактеризовали ее важнейшие достижения в журналистике?

Ирма Димитрадзе: Мзия начала свою журналистскую карьеру в 2000 году. В начале 2000-х Грузия еще восстанавливалась после гражданских войн, тяжелых времен, бедности. А наш регион, автономный район Аджария, находился под властью авторитарного правителя, который считал этот регион своим личным королевством.

А Мзия была всего лишь 26-летней девушкой, которая хотела бороться с коррупцией. И основала небольшую газету. Теперь это одна из ведущих медиаорганизаций в стране, которая управляет двумя онлайн-изданиями: одно из них - в регионе, другое - в Тбилиси. При этом Мзия продолжала делать свою работу и помогала развивать беспристрастную, независимую, этичную и высокопрофессиональную журналистику. Она не была человеком, который появлялся на обложках журналов или постоянно мелькал на телеэкране.

Страна узнала о ней самым ужасным образом, потому что Мзия, будучи одной из пионерок независимой журналистики в Грузии, стала и одной из первых мишеней для властей. Это было символическое нападение, потому что, преследуя Мзию, они сигнализировали ее коллегам, что их тоже будут преследовать. Когда ее задержали, у нас даже не было фотографий Мзии, которые можно было бы использовать в новостях. Она всегда работала очень скромно. Именно она провела ряд разоблачительных расследований, в том числе и при других руководителях Грузии. Поэтому властям она никогда не нравилась, но и никогда ранее не подвергалась таким репрессиям, как сейчас.

Хотя этот режим лишил ее зрения и здоровья, ему не удалось лишить ее силы духа, мужества и решимости. Вот почему мы говорим, что она является таким символом и почему все журналисты в Грузии смотрят на нее с уважением. Ведь ей несколько раз предлагали пойти на компромисс или извиниться.

- Власти предлагали ей какое-то "помилование"?

- Да, но она никогда не задумывалась о том, чтобы принять это предложение. Потому что, как она сказала, примириться с несправедливостью - это все равно что быть похороненной заживо.

- А как у нее дела сейчас, как ее здоровье, ведь мы уже давно не слышали новостей о ее положении в тюрьме?

- Только на прошлой неделе ей разрешили пройти медицинское обследование, обследование глаз в клинике на ее выбор, где есть необходимое оборудование, потому что с момента задержания она почти потеряла зрение. Одним глазом она сейчас видит лишь 10 процентов, а другой глаз воспринимает только свет.

Мзии и ранее предоставляли какую-то медицинскую помощь, но в той клинике, с которой заключила договор администрация тюрьмы, не было необходимого оборудования для обследования. Там же ей предложили некие хирургические манипуляции. Но мы вместе с ней ждали надлежащего обследования. По крайней мере, ей нужно было поговорить с врачом, чтобы узнать, насколько рискованны эти операции. 

После последнего обследования в клинике, где хранится ее медицинская карта и есть необходимое оборудование, выяснилось, что то, что ей предлагали ранее, слишком рискованно. Так что сейчас мы ищем, что можно сделать, чтобы максимально сохранить ее зрение.

- Что значит премия имени Сахарова для Мзии, для других ваших коллег - журналистов независимых грузинских СМИ?

- Сейчас мы на передовой линии борьбы. Так что это не просто награда, а признание того, что наша борьба замечена, наш голос услышан. И мы используем эту возможность и эту площадку, чтобы поделиться своим опытом и рассказать, что сила, стоящая за всеми этими ужасами, происходящими в Грузии, Украине и Беларуси - Россия - нацелена, в первую очередь, на Европу, и явится и к ним домой. Мы просто оказались на ее пути, как написала Мзия в своем письме к Европарламенту .

- Может ли премия как-то помочь ей лично в ее тяжелом положении?

- Трудно представить, что эта награда приведет к улучшению ее положения. Ведь когда было объявлено о присуждении премии, чиновники правящей партии стали делать какие-то безумные заявления. Говоря, что эта премия была присуждена ей за работу в качестве "иностранного агента", что Мзия получила задание атаковать полицию, страну и ее государственность, за что и была награждена. Безумные нарративы об "иностранных агентах" вновь были выдвинуты на первый план. Поэтому не думаю, что это окажет положительное влияние на отношение режима к ней.

В то же время это важный сигнал для грузин с самыми разными мнениями, даже тех, кто искренне верит правящей партии. Потому что для большинства грузин, независимо от того, за кого они голосуют, Европа и Европейский Союз остаются желанным направлением развития страны. Это по-прежнему то, к чему мы стремимся, на что равняемся. Когда даже те, кто честно проголосовал за "Грузинскую мечту", видят, что это исходит от Европейского парламента, что Евросоюз признает Мзию политической заключенной, борющейся за свободу Грузии - это имеет большое значение. Это повлияло на их восприятие, и именно поэтому чиновники "Грузинской мечты" действительно обеспокоены присуждением этой премии Мзии. Так что награда действительно чревата изменениями, однако, как я уже сказала, мы не ожидаем, что благодаря ей Мзия будет освобождена.

Я думала о людях, которые получили эту премию, находясь в тюрьме, и о том, что с ними произошло. Некоторых из них уже нет в живых, они не смогли выжить. (В 2021 году премия им. Сахарова была присуждена Алексею Навальному. - Ред.) И я не хочу, чтобы это повторилось.

История не должна повторяться, потому что история - это не механизм. Ее создают люди. Поэтому, если мы изменимся, если чиновники, политики, будут вести себя иначе, чем в предыдущих примерах, я верю, что мы сможем гордиться нашими героями, не требуя от них жертвовать своей жизнью.

- Как вы, с журналистской точки зрения, оцениваете способность грузинской оппозиции успешно противостоять сегодняшнему грузинскому правительству?

- Когда государство и все ветви власти захвачены авторитарным режимом, не существует политической конкуренции между партиями, то нет и здоровой среды, в которой можно было бы выйти и выразить несогласие с провластной позицией.

Кроме того, большинство лидеров оппозиции сейчас в тюрьме, к ним относятся как к запрещенной партии. Они, возможно, никогда не смогут заниматься политикой, претендовать на государственные должности.

При этом уже больше года режим каждую неделю или, по крайней мере, каждый месяц принимает все новые и новые законы для подавления протестов, например, запретил ношение масок, даже медицинских. Они запретили то, это, но протесты продолжаются. Власти не могут полностью их подавить.

Однако, поскольку это часть большей картины, более масштабной борьбы, то ее исход зависит не только от нас. Он во многом зависит от ситуации на нашем континенте, от того, как будет развиваться ситуация в Украине, как в ее отношении поступит Европа, как она будет защищать свои интересы - и мы это увидим.