Ее кожаная куртка порвала меня на куски. Потертая кожа, выцветший черный цвет. Я помню эту куртку с митингов 2020 года - Маша в ней приходила в нашу редакцию на Веры Хоружей в Минске, куртка была новенькая и блестела. Я так понимаю, Мария Колесникова была в ней, когда силовики 7 сентября 2020 года затолкали ее в бус средь бела дня в центре Минска. И вот пять лет и 1808 дней заключения спустя она снова ее надевает: не в тюремной робе же ехать на свободу. Когда Машу похитили, была ранняя теплая осень, а сегодня декабрь, и в Украине минус два. Маша, ни один белорус на свете не хочет, чтобы тебе еще хоть на секунду было холодно или больно. Как написал Джипсинков в тредсе: "П'ем слёзы замест таго самага шампанскага, атрымліваецца" (перевод с белорусского: "Пьем слезы вместо того самого шампанского, получается").
Красная помада
Белоруски не красят глаза тушью - все равно надолго она не удержится. Зато красят губы красной помадой. Как учила Маша. Было физически больно думать о том, что она выйдет в 2032 году. В ноябре 2022-го у нее случилась прободная язва - прямо из ШИЗО Машу увезли в реанимацию гомельской больницы. От той же прободной язвы в июле 2023-го умер в гродненской тюрьме Алесь Пушкин : его привезли в больницу уже умирающим. Мы очень боялись за Машу.
И тут невозможно поверить глазам от счастья: Маша прямо сейчас в автобусе среди тех, кого принудительно депортируют из родной страны, показывает то самое сердечко из пальцев. И ты вспоминаешь все: стелла 16 августа, утопающая в бело-красно-белых флагах, порванный паспорт на украинской границе (когда ее пытались насильно вывезти, а она отказалась уезжать, потому что чувствовала личную ответственность перед теми, кто остался в СИЗО). 2020 год, который изменил жизни сотен тысяч людей - одни лишились родины, другие свободы. И вот мы, получается, наконец воссоединяемся.
Сколько стоит калий
Калий в мире настолько подорожал, что стоит 123 человеческие жизни. Очередная сделка по торговле людьми из тюрем Беларуси стала возможной, потому что администрация Дональда Трампа сняла санкции с "Беларуськалия" - одного из крупнейших в мире производителей калийных удобрений. Санкции действовали с декабря 2021 года. Спецпосланник Джон Коул провел двое суток у Лукашенко и выехал вместе с большой партией депортированных политзаключенных. 114 человек привезли в Украину. Их встречал лично Кирилл Буданов.
Нам мало что доступно в этот раз. Узников выдворили в воюющую страну. Спасибо за то, что Украина приняла не только своих пятерых граждан, но и наших. Самое трогательное, что пока есть в распоряжении - видео, где Маша встречает Виктора Бабарико и Максима Знака у автобуса. С радостным криком, такая узнаваемая и родная Маша, как будто и не было этих пяти лет. Эти трое смотрятся как заговорщики. Люди, в чью мечту реально поверили сотни тысяч белорусов. Те, у кого хватило упорства и смелости объединить народ одной простой идеей - любовь, и еще фраза "Белорусы, вы невероятные".
"Не слышала ничего про Эдика?"
У видео плохой звук, но ты по губам читаешь первые слова Виктора Дмитриевича, которые он произнес, увидев Машу: "Не слышала ничего про Эдика?” Белорусы, скажите, что вы плачете, не называя причину напрямую.
Думаю, всем понятно, почему Лукашенко это сделал. Виктор Бабарико - самый сильный его соперник. Диктатор надеется держать его на коротком поводке, оставив сына в заложниках. Эдуарду 35 лет. В 2023 году он получил 8 лет колонии по самой странной статье в уголовном кодексе: он сын своего отца. Весной 2024-го ему добавили еще два года за "злостное неповиновение". Три года он провел в СИЗО без суда, и это рекорд для Беларуси. Предварительное заключение не вошло в срок, потому что судили его уже по другому обвинению.
Если задуматься, Эдуард Бабарико как основатель платформы Ulej стоял у истоков белорусского краудфандинга. Это он приучил нас собирать всем миром на добрые дела. Белорусы продолжают. 123 тысячи евро для освобожденных были собраны за несколько часов, и сборы на Bysol не прекращаются.
Слишком много имен
Спецпредставитель Джон Коул говорит, что в течение нескольких месяцев выйдет еще несколько партий политзаключенных - возможно, до тысячи человек. Будет ли там Эдуард Бабарико? А Марфа Рабкова ? А Валерия Костюгова? А Людмила Чекина? А Валентин Стефанович ? Степан Латыпов? Микола Статкевич ? Анджей Почобут ? Слишком много имен тех, кто еще там, в застенках. Слишком много родных, которые сегодня получили надежду и снова ложатся спать с разбитым сердцем.
Закончу снова цитатой из тредс, который 13 декабря 2025 года стал абсолютно белорусским: "Калі беларусы будуць шчаслівыя, яны нікому не скажуць. Але Знак будзе" (перевод с белорусского: "Когда белорусы будут счастливы, они никому не скажут, но Знак будет"). Знак уже есть, но до счастья, ребята, еще долбить и долбить.
Автор: Саша Романова, белорусский журналист, писатель, директор KYKY, YouTube-блогер.
Этот комментарий выражает личное мнение автора. Оно может не совпадать с мнением русской редакции и Deutsche Welle в целом.