Будущее Ирана пока туманно. Операция Соединенных Штатов и Израиля еще не завершилась сменой режима в Тегеране, и неизвестно, завершится ли. Однако уже ясно, что для путинской России последствия случившегося будут печальными.
Разумеется, после успешной американо-израильской воздушной войны против иранского режима в июне 2025 года никто не ожидал, что Кремль окажет правительству мулл военную поддержку. Россия так и не поставила Ирану комплексы ПВО С-400 и боевые самолеты Су-35, которые, теоретически, могли осложнить жизнь американским и израильским военным. Самолеты Як-130 для тренинга пилотов, боевые вертолеты, ряд других систем вооружения даже теоретически никак не могли защитить иранские объекты от ударов американских и израильских ВВС. В прошлом году появились так и не подтвержденные слухи о вывозе в Россию некоторых иранских ученых ядерщиков, и это, пожалуй, единственная практическая помощь Москвы Тегерану, о которой хотя бы заходила речь.
Трусливые соболезнования Путина
Соболезнования Путина по поводу гибели аятоллы Али Хаменеи отлично проиллюстрировали политическую импотенцию Москвы. Если Ираном продолжат руководить выходцы из прежнего режима, то на их месте я бы это послание воспринимал как символ предательства номинально ближайшего союзника Тегерана. В нем говорится об "убийстве, совершенным с циничным нарушением всех норм человеческой морали и международного права", но нет ни одного упоминания США или Израиля. Как будто Хаменеи ликвидировали пока не найденные полицией неизвестные уголовники.
80 пустых слов путинской телеграммы служат ярчайшим доказательством зависимости нынешней России от благосклонности американской администрации (из-за войны против Украины) и страха кремлевского начальства перед влиянием Биньямина Нетаньяху на Дональда Трампа.
Дорогая нефть выручит Россию ненадолго
Какое бы руководство ни пришло в конечном счете к власти в Иране, оно будет искать контактов с Вашингтоном и Иерусалимом, но не с Москвой.
Но и страны Персидского залива не забудут, что у Москвы не нашлось слов осуждения обстрелов их территории иранцами. Зато сближение с Израилем тех из них, кто еще не сблизился и не установил дипломатические отношения, пойдет ускоренными темпами. Думаю, начало переговоров о взаимном признании между саудовцами и израильтянами теперь не за горами, причем вне зависимости от исхода предстоящих в этом году парламентских выборов в Израиле.
Россия не потеряет позиции мирового поставщика оружия номер два, но на Ближнем Востоке закупки российских вооружений сократятся. Причем не только из-за их очевидно более низкого качества в сравнении с американскими или израильскими системами. Нежелание Москвы дать теоретически одному из главных союзников, Ирану, те системы, которые он просил, порождает вопросы: а вдруг по каким-то своим причинам или под внешним влиянием Россия посчитает политически рискованным продолжить сервисное обслуживание или обучение местного персонала? Зачем покупать у россиян, если они ненадежные партнеры?
Взлет цен на нефть - единственный пока плюс для Путина и его агрессии против Украины. Однако, вероятнее всего, он будет недолгим. Во-первых, российских тяжелый сорт нефти Urals отличается от более легкого ближневосточного сорта Brent. Во-вторых, глобальный тренд сегодня - это скорее превышение предложения над спросом. В-третьих, санкции против нефтегазового сектора РФ и охоту за "теневым флотом" танкеров, перевозящих российскую нефть, никто отменять не собирается. В-четвертых, в случае прихода к власти в Тегеране новых сил, настроенных на выход из изоляции и прекращение конфронтации с Западом, с Ирана снимут санкции. Тогда его энергетический сектор - в 1970-е годы крупнейший в мире по объемам добычи - получит прилив инвестиций и новых технологий. Это сделает Иран еще более важным игроком на рынке - и заметным конкурентом России.
Глобальный Юг и слабость Кремля
Есть у случившегося и более долгосрочные, хотя и менее заметные последствия не только на Ближнем Востоке. Образ путинской России как твердого союзника Глобального Юга в борьбе с американским влиянием после иранского фиаско неизбежно померкнет. В отличие от Сирии, Иран воспринимался такими странами, как ЮАР или Бразилия, как важная страна с серьезным политическим весом. В глазах южноафриканцев и бразильцев Путин теперь выглядит хвастливым слабаком. Так же, как и в глазах другого ключевого партнера Москвы - Индии. Наглядная зависимость Кремля от Америки делает Россию в их глазах неотъемлемой и слабой частью того самого "гегемонистского Запада", которому Путин якобы готов вместе с ними противостоять. Их взаимодействие с Россией станет более осторожным и будет все чаще осуществляться с оглядкой на Запад.
В ближневосточном регионе военная сила вкупе с умением и готовностью ее применить - это два главных источника авторитета и влияния. У Москвы нет ни того, ни другого. Нет и политической мудрости не создавать ситуации, из которых выход может быть только с позором. Спустя десять с небольшим лет после, как казалось тогда, блестящей операции в Сирии, Россия растеряла все свое влияние на Ближнем Востоке.
Автор: Константин Эггерт - журналист, автор еженедельной колонки на DW и интервью-проекта DW "вТРЕНДde". Константин Эггерт - в Facebook, в Telegram.
Комментарий выражает личное мнение автора. Оно может не совпадать с мнением русской редакции и Deutsche Welle в целом.